2 ноября 2026
Перечитываю «Колымские рассказы» раз в несколько лет, и каждый раз книга оказывается другой. В первый раз это был документ — я просто не верил, что так бывает. Во второй — литература: увидел, как выстроены фразы, как работает повтор.
В этот раз главается другое место — рассказ «Очки» и вокруг него. Шаламов постоянно спорит с самим собой о том, имеет ли выживший право на внутреннюю жизнь, на память, на жалость к себе. Ответ у него жёсткий: не имеет. Но формулирует он это так, что за жёсткостью видно что-то ещё — почти любовь к тем, кто не выжил.
Из биографических книжек о Шаламове больше всего зашла недавняя переписка — там он злой, несправедливый, правый и неправый одновременно. После неё рассказы читаются иначе: меньше монумента, больше человека.